Райский сад

Большинство из нас с упреком поглядывают в сторону отцов и матерей, видя в них источник своих нынешних проблем. 

Аллочка – любимая дочка чудесных папы и мамы. Ей 35 лет, весит 98 кг при росте 156 см. Вопрос о наказаниях в детстве ставит Аллочку в тупик: она не может себе представить, чтобы папа или мама ее наказали.

– Мы всегда были вместе, на равных. Как может человек наказывать другого человека, которого он уважает и считает своим другом? А мы с родителями прежде всего друзья. Конечно, я могла в детстве раскапризничаться, но и мама и даже папа тоже иногда капризничают. Но ведь это не повод для обид, ссор и тем более наказаний. Дом на то и дом, чтобы там тебя принимали таким, какой ты есть, – со всеми перепадами настроения и прочими глупостями.

– И чем заканчивались приступы капризности?

– Меня уговаривали, утешали, успокаивали, а потом, когда была уже в разумном состоянии, расспрашивали, в чем дело. А сейчас, когда мама или папа вдруг начинают хныкать и кукситься, я поступаю точно так же: успокаиваю, пытаюсь отвлечь, рассмешить, а потом, когда взрыв эмоций позади, вместе пытаемся разобраться в причинах.

– И никаких ссор, никаких конфликтов с родителями не было?

– Нет, – твердо отвечает Алла. – И затаенных обид нет, и взаимных невысказанных упреков, ничего такого, что по науке обязательно должно быть в каждой семье. Все психологические теории, – рассуждает она, – построены на том, что в детстве каждого человека кроются травмы, нерешенные проблемы с родителя Наверное, великие психологи, авторы теорий, пережив в детстве непонимание взрослых и одиночество, просто не предполагали, что бывает по-другому. А счастливые люди со счастливым детством вроде меня не становятся ни психологами, ни объектами изучения психологов, и науке о них о них мало что известно.

Аллочка, безусловно, относится к разряду счастливых людей: спокойная, веселая – тут же вызывает симпатию. У нее много друзей и подруг (подруг обоего пола, поправляет она). Об этом и пришла посоветоваться. Она не обделена мужским вниманием, у нее легко завязываются теплые отношения с самыми интересными молодыми людьми. Завязываются – и превращаются в прекрасную, преданную дружбу. А ничего даже отдаленно напоминающего роман ни разу не случалось. Она живет с родителями, окружена любящими приятелями – и очень одинока. Лишний вес не особенно заботит ее. Да, пыталась худеть. И диеты пробовала, и в фитнес-клуб вместе с мамой записывалась.

– И как?

– Вместе с мамой и прогуливали.

ВЕЧНОЕ СЕГОДНЯ

Если бы я думала, что причина одиночества – лишний вес, немедленно села бы на диету, – говорит она. – Но дело не в толстых боках. Я просто что-то неправильно делаю и повторяю одну и ту же ошибку, которую сама обнаружить не в состоянии.

– Давайте переберем последовательно все неудачи, – предлагаю я, – и посмотрим, не удастся ли нам обнаружить в них какой-нибудь повторяющийся элемент.

Аллочка теряется. Она не может вспомнить никаких неудач. Лишние килограммы к их числу отнести и не думает.

– Ну, – вдруг додумывается она, – училась я не очень хорошо.

В школе ей было неинтересно. Но и потом, в институте, который выбрала сознательно, тоже особых успехов не было. Поступила только благодаря счастливой случайности: экзамены сдала так себе, готовилась спустя рукава, лишь в последний день напряглась. Но вдруг выделили дополнительные места, и ее взяли. В институте экзамены сдавала на личном обаянии: как устный – так пятерка, как письменный – так пересдача. Диплом так и не защитила. Его надо было писать весь год, а она, как всегда, попыталась все сделать в последний момент. Но ее взяли на хорошую работу. Карьеры без диплома, конечно, не сделать, но зато ей там нравится, сложились теплые отношения и с коллегами, и с начальством, на работу идет как на праздник.

– Алла, а откладывание на последний момент, – интересуюсь я, – остается вашей любимой стратегией до сих пор?

– А я придумала, как выкрутиться, – Аллочка смеется. – У меня «последнего момента» не случается: утром начала – вечером закончила. Ни одно задание больше одного рабочего дня не занимает. И в голове ничего держать не надо.

Оказывается, такое бывает. Своего начальника – она с ним, кстати, тоже дружит – честно предупредила о тяге к «последнему моменту», и он, если дело требует месяца работы, сам его на этапы разбивает и выдает ей по частям.

Постепенно из разговора вырисовывается читаемая картинка. Для Аллы непереносимо любое длительное напряжение. Все, что требует нервов, внимания, усилий, должно быть закончено быстро – желательно к вечеру. И тогда наступает лучший момент в жизни: можно долго сидеть за столом с любимыми родителями, смеяться, мечтать, пить чай с булочками, которые так вкусно печет мама, и праздник не омрачается мыслями о том, что завтра нужно что-то доделывать, исправлять, ломать голову над задачей, которую сегодня решить не удалось.

ЖИЗНЬ СУХОФРУКТА

Счастливые и содержательные любовные отношения – не рабочие задания на один день: они достаются тем, кто не боится длительных переживаний, сомнений, риска совершить ошибку. Взрослые люди воспринимают это как радостные тревоги. Но Аллочка уверенно продолжает оставаться ребенком. А для ребенка тревога не бывает радостной. Ему нужны стабильность и безмятежность.

Взрослый человек, отказываясь эмоционально взрослеть, многое теряет. Но выгоды тоже велики. Ему одиноко, но спокойно. Алла заключила негласный контракт с родителями. Она не взрослеет, мама с папой не стареют, избыточный вес помогает избежать соблазнов и тайно одобряется всеми членами семьи. Если бы Алла томилась и грустила, родители подтолкнули бы ее к новым решениям. Но она продолжает оставаться счастливым ребенком, и ничто не может омрачить 35-летнюю малышку.

– Алла, нарисуйте мне человечка, – прошу ее.

Алла старательно рисует: глазки, ротик, воротничок, пуговки...

– А руки? Алла, почему рук нет?

– Ой, я не подумала. И куда их пририсовать?

Руки – это символ действия. Картинки без рук рисуют обычно люди, в планы которых не входит прилагать деятельные усилия и доводить мечты до конкретного воплощения.

...Во всем известном народном утверждении о траектории полета фрукта есть существенный логический пробел: яблочки с яблоньки не обязательно падают. Существует не такая уж малочисленная группа яблонек, которые не готовы отпустить яблочки со своих веток, и соответствующая ей группа яблочек, которые не решаются с любимой яблонькой расстаться. Падать ведь больно, бочок ушибешь. А упав, надо суетиться, тревожиться, предпринимать какие-то усилия, и все равно велик шанс так и проваляться до самого снега в густой траве никем не замеченной. А так – висишь себе на ветке, красуясь толстым розовым бочком, и безмятежно дозреваешь до состояния бурого сухофрукта.

И если одно из яблочек вдруг решается изменить свою судьбу, то оно поистине достойно восхищения.

«Худеем правильно», № 4, 2011 г.

www.hudeem-pravilno.ru