Папина дочка

Иногда надуманная идея о похудении просто прикрывает собой другую – реальную проблему, но неявную для самого человека. 

Вика: Здравствуйте, меня зовут Вика. Мне 23 года, я окончила экономический факультет, работаю по специальности и одновременно получаю второе высшее – юридическое. Мой рост – 169 см. Вешу 59 кг. И мне надо похудеть.

Марина: Вам надо похудеть, чтобы...

Вика: Чтобы нравиться мужчинам. И самой себе тоже.

Марина: А сейчас не нравитесь?

Вика: Нет. Мужчины не принимают меня всерьез. А мне самой... мне очень не нравятся мои щеки. Они пухлые, детские. И живот торчит. Я понимаю, что по всем нормам мой вес совсем не большой, но все равно...

Марина: Вика, мне почему-то кажется, что вы уже делали какие-то попытки худеть.

Вика: Да, правда. Я в прошлом году попробовала голодание.

Марина: Расскажите.

Вика: Я почитала о пользе полного голода и решила попробовать. И вот просто взяла и перестала есть.

Марина: И как?

Вика: В первый день у меня не получилось. Я до вечера терпела, а потом покушала. И еще весь следующий день кушала. А потом, на следующее утро, уже совсем перестала. И не ела 19 дней. Вначале было ужасно. А где-то через 3 дня есть совсем расхотелось. Такая апатия наступила. Я все время лежала. Это было летом, в студенческом общежитии никого не было, и вот я там лежала.

Марина: А как вы вышли из голодания?

Вика: Снова стала кушать, и все. Сперва трудно было, желудок уже отвык. А потом все наладилось.

Марина: И как вы сами оцениваете этот опыт?

Вика: Ужасно. Но мне очень понравилось потом. Я после этого полгода была такая поджарая, и щеки совсем пропали, не выпирали как обычно. И вы знаете, на меня мужчины стали так смотреть, и знакомиться начали, и приглашать – раньше такого не было. А потом я вернулась в свой вес и все кончилось.

Марина: Ну, что сказать, Вика, вы очень везучий человек.

Вика: Почему?

Марина: У вас были все шансы попасть в реанимацию – это в лучшем случае. Вы лежали без крошки еды в пустой общаге. Представляю, как было грустно и одиноко. Вика: Сначала очень тоскливо. У меня ни телевизора, ни МРЗ не было, читать тоже совсем не хотелось. А потом стало все равно.

Марина: Говоря простыми словами, вы вогнали себя в настоящую депрессию. А вытащить себя из депрессии значительно труднее, чем войти в нее. Так что вы молодец. Но больше всего меня потрясло, что после 19 дней полного голода вы «просто стали кушать» и уцелели.

Вика: Но мне очень плохо было.

Марина: Я же говорю, что вы обладаете исключительной волей к жизни. Большинству людей было бы не очень, а совсем, самым окончательным образом плохо. Вы знаете, как голодают, например, йоги?

Вика: По полгода?

Марина: Нет. Они, решив поголодать всего три дня, сначала 9 дней питаются только легкой пищей, потом 9 дней пьют соки, сначала с мякотью, потом процеженные, после этой подготовки 3 дня не едят и очень много пьют, делая специальные дыхательные упражнения, а затем проделывают путь в обратном порядке: вода, подкрашенная соком, потом сок, разведенный водой, и т. д. – 18 дней до первого кусочка твердой пищи. И все это под жарким солнцем Индии, в окружении близких, восхищающихся их аскетизмом, а не в гулкой и пыльной летней общаге.

Вика: А зачем йоги голодают? Они же и так тощие?

Марина: Говорят, что ради самопознания. Хотя вообще-то у всех людей разные мотивы, в том числе и у йогов. Но вы-то, безусловно, свою порцию самопознания получили, хотя и жестоким способом, опасным для жизни и для психики.

Вика: Да, наверное, мне очень повезло.

Марина: Давайте воспользуемся тем опытом, который вы нажили благодаря этому жуткому эксперименту. Во-первых...

Вика: Во-первых, я больше не буду. Правда. Я тогда чувствовала себя кошмарно, второй раз не вынесу. И я тогда не понимала, а сейчас по-настоящему испугалась. Ведь я же могла...

Марина: Да. А еще страшно растолстеть. Это случается со многими людьми, которые по своей воле или по стечению обстоятельств подолгу голодали. Но давайте проанализируем, что вы в себе изменили за эти 19 дней.

Вика: Щеки. Прежде всего щеки. Когда я такой хомячок, как сейчас, молодые люди на меня не смотрят.

Марина: Вы знаете, Вика, у меня есть на этот счет гипотеза. Дело в том, что пухлые щечки – это признак юности. Многие голливудские красавицы отдали бы все, чтобы иметь такой овал лица, как у вас. Первый и самый явственный признак старения – это не морщины, а изменившиеся контуры лица. И никаким ботоксом не вернуть детские щеки. Кстати, именно из-за округлого лица многие полные – действительно полные – женщины выглядят значительно моложе своего паспортного возраста. И вот вы поголодали, постояли, не зная того, на границе между жизнью и смертью, сбросили сколько?

Вика: 10 кг...

Марина: Сбросили 10 кг и резко постарели. Вместо юного округлого лица на полгода вы стали обладательницей остренькой мордочки женщины в возрасте. И те молодые, вероятно, очень-очень молодые люди, которые не обращали внимания на девушку-подростка, потянулись к девушке – бывалой тетеньке. Тем более что у вас совершенно детский голос, и тощее старообразное личико его до некоторой степени скомпенсировало.

Вика: Как же быть? Я не хочу быть подростком.

Марина: Может быть, поработать с голосом? Вы используете очень небольшой диапазон в самом верхнем регистре. Если позаниматься, можно заставить звучать более низкие регистры, и голос из детского станет глубоким, мелодичным, женственным. Хороших результатов можно добиться, позанимавшись с педагогом по вокалу или на курсах сценической речи. Но иногда проблему удается решить и без долгих занятий. Попробуем?

Вика: Давайте.

Марина: Встаньте. Потянитесь вверх и сделайте долгий выдох, постепенно наклоняясь к коленям и втягивая живот. А теперь медленно начинайте вдох, постепенно распрямляясь и надувая живот. Я понимаю, что вы привыкли держать его максимально втянутым, но сейчас нарушьте это правило...

Вика: Уф! Не могу. Если надую живот, то, наверное, платье порвется.

Марина: Не порвется. У вас сил не хватит. Животик немного торчит, потому что он слабенький, совсем не накачанный. Надуйте его при вдохе до максимума, потом «надувайтесь» все выше и выше, почувствуйте, как поднимается грудная клетка. И вот теперь, когда вы так хорошо раздулись, положите левую руку на живот, а правую повыше и скажите что-нибудь, чувствуя, как резонируют звуки где-то возле солнечного сплетения.

Вика (низким бархатным голосом): Мама мыла раму. (И вновь «пионерским»): Ой, я так не могу!

Марина: Почему? У вас с первого раза получилось. Потренируйтесь, и скоро научитесь говорить низким сексуальным голосом без предварительного «раздувания».

Вика: Нет. Мне так нельзя. Это голос какой-то женщины.

Марина: А вы кто???

Вика: А я девочка. Ну, то есть девушка.

Марина: Вика, кто-то расстроится, если вы заговорите голосом женщины, а не ребенка? Ради кого вы говорите как мультяшка?

Вика: Папа. Папа страшно сердится, когда у меня такие низкие нотки даже случайно проскальзывают. Когда мне 15 лет было, я на хор ходила, мне нравилось, так я там третий голос пела, самый низкий. А из-за папы ходить перестала.

Марина: Как это произошло?

Вика: Он сначала нормально к этому относился, а потом на одной репетиции посидел, а у меня в тот день хорошо получалось, я думала, он хоть раз в жизни меня похвалит... Ну а он после этого так цепляться стал, что пришлось хор бросить. Он педагог, а это накладывает отпечаток. Он меня все время воспитывает. Он даже моего кота воспитывает. Хотите, фотографию покажу?

Марина: Папину?

Вика: Нет, кота.

Марина: Кот – невозможный красавец. А скажите, Вика, вы очень боитесь папу огорчить?

Вика: Если честно, да. Во-первых, он такой нудный становится, пилит меня, пилит. А во-вторых, я же его люблю. Я очень стараюсь его не огорчать, но все равно он находит, к чему прицепиться. Я знаю, он был бы доволен, если бы я и косметикой не пользовалась, и одевалась по-детски. Но если я заговорю женским голосом, мне страшно представить, как он это воспримет.

Марина: Вика, я поняла, что вы боитесь его огорчать. А теперь другой вопрос. Похожий, но другой. Вы его собираетесь огорчить?

Вика: Нет, что вы. Как можно намеренно, нарочно собираться огорчать родителей?

Марина: А как, по-вашему, он отнесется к тому, что вы захотите жить собственной жизнью, создать семью, родить детей?

Вика: Ну, собственной жизнью я уже давно живу. Снимаю квартиру в Москве, и к папе езжу только на выходные. И он часто говорит о том, что хочет внуков, хочет, чтобы я была счастлива.

Марина: Вы его со своими молодыми людьми знакомите?

Вика: Да нет. Он огорчается, начинает про них гадости говорить, на меня злиться. Они все, по его мнению, меня недостойны.

Марина: А давайте проведем маленький мысленный эксперимент. Вот представьте себе, что вы познакомились с лучшим в мире молодым человеком – умницей, красавцем, образованным и порядочным. И вот приводите его к папе и говорите: «Папа, это мой молодой человек. Мы любим друг друга. Я с ним сплю. Я хочу выйти за него замуж». Как вы думаете, папа расстроится?

Вика: Даже страшно подумать, что будет. Он будет в ярости. Он никогда мне этого не простит.

Марина: Даже если ваш избранник будет замечательным во всех отношениях?

Вика: Папа найдет в нем что-нибудь плохое.

Марина: Хорошо. Наш мысленный эксперимент удался. Вы сами сказали, что, хотя папа желает вам счастья, мечтает о том, как вы выйдете замуж, и хочет стать дедушкой, он не потерпит никакого мужчину рядом с вами.

Вика: Да, получается, что так.

Марина: А теперь представьте себе, что вы решились его все же огорчить и вышли замуж со всеми вытекающими последствиями. И вот прошло 25 лет, вы уже зрелая женщина под пятьдесят, у вас большая счастливая семья, дети, даже внуки. Конечно, все не идеально: у одного постоянные ангины, другой хамит и не хочет учиться, внук с криком носится по дому, у мужа возникла идея поменять место работы на более интересное, но хуже оплачиваемое. Ваш папа будет доволен?

Вика: Нет, он будет грызть меня, что я его тогда не послушалась и вот теперь расхлебываю.

Марина: А теперь другой вариант. Вы не рискнете привести к папе своего избранника, не захотите, чтобы папа огорчался, и никогда не выйдете замуж. Исполняя его тайное желание, вы откажетесь становиться взрослой успешной женщиной, и через 25 лет останетесь девочкой-старушкой с звонким детским голосом, у которой нет на свете никого, кроме папы. Как вы думаете, папа будет вами доволен?

Вика: Нет, он будет меня пилить с утра до ночи, что все девушки вели себя нормально и вышли замуж, а я все делала неправильно, его не слушалась и вот теперь у меня все не как у людей.

Марина: Ну вот, вы видите, что просто обречены его огорчить, как бы ни поступили.

Вика: Неужели? Я не думала об этом так... И что же делать?

Марина: Научить, что делать?

Вика: Да, пожалуйста.

Марина: Делайте что хотите. Вы свободны. Вы можете, если хотите, превратиться в счастливую, успешную женщину с низким контральто, окруженную поклонниками, а потом – муж, дети, внуки. А если хотите, можете превратиться в одинокую иссохшую старую девочку. А папа в любом случае будет недоволен, а потом смирится. Но на всякий случай будет вас временами пилить. Это такая форма любви. Любовь – вообще очень странная штука.

 

«Худеем правильно», № 10, 2010 г.

www.hudeem-pravilno.ru