Еда – метафора любви

Если бы вы только знали, как много могут рассказать о нас наши отношения с едой! 

Поговорим о любви. Начнем с грустного. Нет, не с измен и несостоявшихся замужеств, не с ошибок юности и внезапных разрывов, а с гораздо более печальных вещей – с несчастной первой любви.

В начале 20-х годов, в эпоху, когда Разум часто писался с большой буквы, а чувствам оставалось только этим Разумом гордиться, состоялся жестокий эксперимент. Семья в ту пору многим представлялась архаичным и бессмысленным институтом, созданным для порабощения женщин. И вот, чтобы освободить их от гнета пеленок, кастрюль и экономической и сексуальной зависимости, был открыт образцово-показательный детский дом. И многие высокопоставленные дамы революционной России отдали туда на воспитание своих новорожденных...

Детский дом соответствовал высочайшим научно-медицинским требованиям. В идеальной чистоте в белоснежных кроватках лежали младенцы, которых специально обученные медсестры кормили лучшими смесями из стерильных бутылочек. Крохи, пестуемые по всем правилам, должны были вырасти настоящими строителями светлого будущего. Но вместо этого они останавливались в развитии. Почти никто из них не дожил до года! Один за другим, несмотря на идеальную заботу, они уходили из мира, который дал им все, кроме любви.

 

ДВА ГЕРОЯ

Каждый из нас в своем младенчестве пережил первую любовь. Она пришла сразу после рождения с первым глотком молока. Вначале чувство любви было беспредельным: мама была для нас всем – жизнью, радостью, защитой и, конечно, едой. Потом, как и все влюбленные, мы узнали горе разлуки, когда мама отлучалась. Смирялись с ее изменами, когда, болтая с подругой, не сразу брала нас на руки. Сами изменяли ей то с погремушкой, то с плюшевым зайчиком. Но все горести отступали, когда к губам прикасалась сперва ее грудь, а позже – ложечка или чашка. Очень рано мы научились не только принимать любовь, но и дарить ее. Еще не умея толком разговаривать, угощали любимого человека вынутой изо рта конфетой или предлагали хлебнуть кефира из своей бутылочки. С тех пор и навсегда еда в нашем сознании сплелась с любовью.

А теперь на минутку остановимся и договоримся о терминах. Слово «любовь» обозначает очень много самых различных состояний души, поэтому уточним: мы будем понимать под ней все ситуации, когда один человек хочет, чтобы другому было хорошо. Как правило, это желание сопровождается ожиданием, что любимый ответит любящему тем же. Любящий и любимый – вот два героя нашего маленького исследования. Или, возвращаясь к метафоре, кормящий и кормимый. И с ними все не так просто. Дающий пищу может делать это по собственной воле или подчиняясь обстоятельствам, давлению, шантажу. Принимающий – принимать радостно и с благодарностью либо как жертва «пищевого изнасилования». И, наконец, кормящий и кормимый не обязательно два разных человека. Ведь никто еще не отменял любовь к себе.

 

КОРМ С ЛАДОНИ

Передо мной сидит Оля: милое, открытое лицо, на вид около 45 лет. В действительности нет и 35 – старят десять лишних килограммов. В науке похудения она профессор: калорийность любого продукта помнит наизусть, все знает о «модели тарелки», дробном пятиразовом питании. Но похудеть никак не может. И выясняется, что в одиночестве (а живет она сейчас одна) Оля почти не ест. Пары стаканчиков йогурта и тарелки каши хватает на весь день. На работу берет с собой перекусы и старается не забыть про них, даже если кушать не хочется. А часам к трем заходит любимая начальница и приносит специально ей колбасу, булочки, пирожные: «Ты же весь день на посту, тебе надо покушать». ИI Оля честно и с удовольствием съедает все до крошки. «Я не очень это люблю, но, вы понимаете, так приятно, когда о тебе заботятся». А вчера вечером соседка принесла горку блинов... И так почти каждый день. Люди, которые окружают ее, видят, как она много работает, как одинока и беспомощна в практической жизни. И все – женщины, мужчины – начинают подкармливать. А кормить Олю – одно удовольствие, ей только того и надо. Она получает радость от еды, только если «берет корм с руки».

– Вы уже большая девочка. Попробуйте любить себя сами. И сами себя кормить.

– Ох, когда сама себя кормлю, мне одиноко.

Оля не может похудеть не из-за неправильных пищевых привычек, а из-за пассивной роли в любви, которую для себя выбрала: роли ребенка, нуждающегося в опеке. Вероятно, с этой пассивностью связано и одиночество: каждому хочется ее приласкать, но удочерить никто не решается.

 

ОБОЖАЕМЫЙ ПОВАР

Татьяна – полная противоположность Оли. Кроме мужа и троих сыновей с женами, в ее немаленьком доме живут постоянно сменяющие друг друга родственники из провинции, их друзья и родственники друзей, а еще рабочие, второй год ремонтирующие флигель. Она с зари у плиты, стол накрыт с утра до позднего вечера. Одна голодная орава сменяет другую, пока одни пообедают, другие успели проголодаться. Татьяна всех любит и с каждым съедает что-нибудь за компанию.

– А что вы готовите?

– Ах, какая разница? Лишь бы побольше да понаваристее: супы погуще, кашу с мясом пожирнее. Знаю-знаю, сейчас начнете рассказывать, как жирного поменьше готовить. Да ни за что! Они же тогда в пять раз чаще будут за стол садиться!

– А если сократить количество опекаемых? Или переложить часть поварских обязанностей на самих едоков?

– Что вы, когда я их кормлю, когда они сидят за моим столом, я понимаю, что живу не зря.

Татьяна, в отличие от пассивной, кормимой Оли выбирает роль кормящего – активно и властно любящего. «Модель тарелки» ей не поможет, а модель ролевого поведения она менять не хочет и за абсолютное, безоговорочное счастье радостно платит расплывшейся талией.

 

СЧАСТЛИВЫ ВМЕСТЕ

Маша и Миша – два веселых бегемотика. 10 лет счастливого брака, а влюблены, как в первый день. Утром не завтракают, днем, на работе, практически не едят: скучно и неинтересно. Зато дома Миша принимается сооружать трапезу – много-много всякого-разного, неожиданного и удивительного. Жареные пельмени по-китайски, роллы с желтохвостиком, бланманже с яичным ликером. Приходит Маша, восхищенно ахает и добавляет к пиршеству что-то от себя – тоже неожиданное и удивительное. Полночи жуют, болтают, хохочут, удивляют и восхищают друг друга. Дети, сбежавшие от не особо заботившихся родителей, любящие и кормящие друг друга по своим, веселым и хулиганским правилам.

– Ребята, вы ведь так помрете от любви. Попробуйте, в порядке заботы друг о друге, исхитриться создавать неожиданное и удивительное без жира. Йогурт вместо сметаны, белки вместо сливок, курица вместо свинины. Спать ночью вас не уговорить, но с вашей изобретательностью и любовью вы придумаете способ накормить друг друга и с утра, и пару раз в течение дня чем-нибудь правильным...

Прошло 2 года, и бегемотики сейчас не худые, но уже вполне подтянутые родители белобрысой и синеглазой Ляльки.

 

Случаи, о которых вы сейчас прочитали, – проявление немного странной, но счастливой любви. За кадром остались жертвы несчастной, такая тоже встречается. Но это уже другая история...

 

«Худеем правильно», № 3, 2010 г.

www.hudeem-pravilno.ru