Анорексия вблизи

Одно из самых тяжелых и опасных расстройств пищевого поведения, нередко приводящее к летальному исходу.

Ее симптом – многолетнее следование крайне жестким и зачастую нелепым диетам, вызывающее истощение и катастрофическую потерю веса. Обычно анорексия возникает в пубертатный или юношеский период и характерна только для женщин. Есть описания нескольких случаев мужской анорексии, но все они вызывают сомнения. А теперь перейдем к делу – как реально выглядит нервная анорексия и как отличить ее от случаев, только внешне имеющих с нею сходство.

История Наташи

Наташа была пухленькой веселой девочкой. Училась хорошо, многочисленные подружки с удовольствием списывали у нее домашние задания, а по химии и биологии она вообще была лучшей в классе – собиралась поступать в медицинский. В 10-м классе начала худеть вместе со всей девичьей компанией. В похудении, как и в учебе, оказалась лучшей: целеустремленности и силы воли девушке было не занимать. Не срывалась, забыла о конфетах, три раза в неделю ходила на тренировки, не пропуская их даже перед важными контрольными. За 4 месяца превратилась из пончика (впрочем, весьма симпатичного) в Барби. Девочки завидовали и восхищались. А Барби становилась все худее, улыбка превратилась в страдальческий оскал, ножки стали как прутики. Когда мы встретились, она весила 44 кг при росте 168 см и продолжала худеть. Среди тех вопросов, что я ей задала, было два важных: почему она носит темную свободную одежду и как ей удается поддерживать скорость похудения не меньшую, чем вначале, когда она весила 73 кг?

И вот что оказалось. Широкие рубашки и длинные юбки были нужны, чтобы скрыть не чудовищную худобу, а напротив – «полноту». Захватывая в складку сухую шелушащуюся кожу на талии, она говорила: «Вы видите, сколько жира?» Она казалась себе очень толстой – образ тела был утрачен. Поэтому и продолжала сокращать и без того скудный рацион. Когда в самом начале похудения после нескольких месяцев диет вес приблизился к 65 кг и встал, целеустремленная Наташа, чтобы продолжить процесс, практически перестала есть и увеличила интенсивность и продолжительность тренировок. Теперь они стали ежедневными. Ни высокий интеллект, ни хорошее образование не помогали ей признать болезненность своего состояния. Нет менструаций? Это ерунда, без них даже лучше, ничто не мешает тренировкам. Личико стало крошечным и старообразным? Ну надо же чем-то жертвовать ради красоты фигуры. Друзья стали избегать, так как тяжело находиться рядом с живым скелетом. Да они просто завидуют! Худеет она не для них, а для себя!

Ответы Наташи убеждали, – девушка страдает анорексией. Желание быть стройной утратило связь с желанием нравиться и быть красивой, опасные и болезненные симптомы воспринимались с равнодушием, прежние цели – поступить в институт, быть в центре мужского внимания – потеряли свою актуальность. Было очевидно, что она в состоянии смертельной войны с собственным телом и, к несчастью, побеждает.

...Сейчас Наташа весит чуть больше 50 кг, менструации возобновились, сходство со скелетом чуть уменьшилось. Как у нас с ней это получилось, я, честно говоря, не знаю, и уверенности, что она не свернет назад, у меня нет. Страшно.

История Лины

Лине тоже поставили диагноз «нервная анорексия». Ее вес при первой нашей встрече был еще ниже Наташиного – всего 40 кг и продолжал снижаться. Формально все похоже: высокий интеллект, хорошо учится, амбициозные планы (почему-то именно такие девушки составляют группу риска по анорексии). Менструаций давно нет, кожа сухая и собирается в страдальческие морщинки у рта, темная одежда скрывает фигуру. Но вот ответы на два важных вопроса совсем другие. Широкие футболки и мешковатые джинсы Лина носит, чтобы ее чудовищная худоба меньше бросалась в глаза. А худеть продолжает, так как боится есть и по возможности избегает этого мероприятия.

Год назад Лина болела гриппом, лекарства ей назначили в слишком мощной дозировке, что привело к тяжелым осложнениям. Гастрит, проблемы с печенью и почками, месяц в больнице, неприятные исследования, но вот, наконец, все закончилось, и девушка вернулась к обычной жизни, расставшись с одиннадцатью совсем не лишними килограммами, ослабевшая и напуганная. После перенесенного любая еда вызывала боли и спазмы, и она практически перестала есть. А любящие и авторитарные родители намазывали толстым слоем масла сдобную булку и требовали съедать у них на глазах – они были подготовленными, они прочли все, что можно, о нервной анорексии. И Лина, такая же сильная и волевая девочка, как Наташа, ступила на тропу войны. Только Наташа воевала с собственным телом, а Лина с родителями. И довоевалась до чудовищного истощения.

Формально история Лины (сейчас она весит 50 кг) заканчивается так же, как Наташина, но по сути все иначе.

Когда нам с Линой удалось договориться о регулярном питании, позволяющим за несколько приемов набирать не меньше 1200 ккал в сутки, а за счет чего именно – это мы оставили на ее усмотрение, началось улучшение. Лина принялась экспериментировать: хлеб с маслом, мечта родителей, вызывал боль и тошноту, а теплое молоко с чайной ложкой овсянки оказалось вполне съедобным. Свиной бифштекс, при всей любви к папе, проглотить не удавалось, а с куриной котлеткой в два приема можно было справиться. Сейчас Лина сама следит за своим питанием, потихоньку расширяет список потенциально съедобных блюд и недавно, когда была с другом в кафе, съела две ложечки мороженого. Она намерена довести свой вес до 60 – 62 кг (при росте 172 см), хотя признается, что с неземной худобой расставаться иногда не хочется.

За Лину я в целом спокойна. Хотя волею случая она и попробовала анорексической отравы, но не подсела на этот наркотик, так как он препятствует достижению ее целей – любить и быть любимой, получить образование, да и вообще жить счастливо и свободно, радуясь силе, красоте и выносливости своего тела.

Диагноз из интернета

Если вы заметили в своем пищевом поведении сходство с одной или обеими героинями, не торопитесь с диагнозом. Лучше подумайте, с кем вы воюете, какова цена победы и что вы будете с этой победой делать. Поступайте так, как вам подскажет здравый смысл, а не только эмоции. А здравый смысл, зануда, не устает повторять: а) нарушение менструального цикла свидетельствует о том, что вы совершаете какие-то ошибки; б) если в походе к стройности вы дошли до края и соответствуете формуле «рост в сантиметрах минус 110», то остановитесь. Это минимум. Не жертвуйте своей красотой и энергией ради абстрактной идеи или из-за страха потолстеть. Вы уже умеете худеть, и, если что, сможете вновь применить свое умение.

Если же тревогу вызывает дочь, внучка или подруга, не пытайтесь их воспитывать, контролировать и тем более ставить диагноз. Нервная анорексия – тот диагноз, который не ставится по «Википедии». Риски слишком велики, тут нужен специалист. Кроме того, самый хороший, самый разумный ваш совет не будет принят человеком, который воюет против вас или против собственного тела. И те два важных вопроса, которые я задавала Наташе и Лине, не пытайтесь повторять. В случае анорексии они открывают две тщательно охраняемые тайны. Чтобы добраться до них, надо убедительно, на деле доказать, что вы достойны доверия, а чужой человек – психотерапевт – сделает это лучше близкого, ведь не психотерапевт, а мама и бабушка осуществляют подрывную деятельность, готовя обед.