statbanner
sila

Она выглядела очень типично – как символ всех растерянных, беспомощных толстых женщин.

 

Катя: Вот видите, лишний вес какой... Не знаю совсем, как начать, такая каша проблем. Катя меня зовут, здравствуйте, и никак не получается его скинуть, так что слишком много проблем и в жизни, и вообще, и с этим я просто не понимаю, как бороться.

Марина: Вы счастливая женщина?

Катя: Да. Нет. Да. Не знаю.

Марина: Понятно. Начнем с «да».

Катя: У меня дочка, ей 6 лет. И муж. Второй. И работа. Но...

Марина: Это уже началось «нет»?

Катя: Да. Нет. Не знаю.

Марина: Ладно, последовательность у нас уже получилась: сначала дочка, потом муж, потом работа – и в конце каждой истории «но».

Катя: Хорошо. Так вот, Олечка – такая чудная девочка. Нежная, творческая, рисует, поет, с ней обо всем поговорить можно, просто подруга моя растет.

Марина: А «но» есть?

Катя: Ох! Она из меня веревки вьет, просто ничего с ней поделать не могу. Чуть что не по ней – глазки прикроет, лобик наморщит и горюет. Не ревет, не вопит благим матом, как нормальные дети, а садится тихонько в уголок, бровки сдвинет – они у нее беленькие совсем – и смотрит грустно-грустно.

Марина: А вы что? Безропотно подчиняетесь?

Катя: Я? Ну как? Я, конечно, поддаюсь иногда. Сначала.

Марина: А потом?

Катя: А потом могу и крикнуть, и наподдать, если требуется.

Марина: Обижается?

Катя: Олечка – зараза та еще! Она...

Марина: Катя, как у вас сейчас лице изменилось!

Катя: Изменилось? Лицо?

Марина: Да. Вначале оно было таким же, как, наверное, у горюющей Олечки: глазки грустные, губки скобочкой, бровки домиком. И вдруг все переменилось: на секунду из-под растерянной детской мордашки выглянула взрослая, уверенная в себе, красивая и довольно ироничная женщина. Что вы почувствовали?

Катя: Я? Почувствовала? Ничего. Не знаю. А что?

Марина: Ну вот, все погасло. Но не до конца. Глаз горит, и тень насмешливой улыбки стереть не удается.

Катя: А мне пришло в голову, что дочка в точности, как я, горюет. И смешно стало.

Марина: А почему смешно?

Катя: Ой, ну как? Разве не понятно?

Марина:Не-а. Объясните.

Катя: Я подумала... Мне показалось... В общем, эта поганка, она же меня... она же моими способами... она же меня обыграть пытается! И мне потому смешно стало – ну куда ей против мастера!

Марина: Вот! Опять взрослое лицо! Какая же вы красивая, когда взрослая! Не прячьте его больше и расскажите, что это за игра, в которой дочке вас не победить?

Катя: Пока не победить. Она еще маленькая, хотя уже настоящая женщина. И уже догадывается, что, когда напускает на себя печальный вид, сердце разрывается на нее смотреть и можно сделать все, что потребует, лишь бы ребенок снова счастлив был.

Марина: Вы тоже иногда так поступаете?

Катя: Мне мама всегда говорила: «Женщина должна быть скромной, тихой, тогда ее желания будут угадывать, на руках носить станут».

Марина: Вас носят?

Катя: Нет. Да. Не знаю. Мой первый муж, папа Оли, носил. Мы потом расстались, но это потому, что он был очень недисциплинированным.

Марина: В каком смысле?

Катя: Помощи от него было мало.

Марина: В каком смысле?

Катя: Ну, он же видел, что надо, скажем, мусор вынести или посуду помыть, в магазин сходить. А ему все равно было. И мне в конце концов обидно стало. И я ушла. Представляете, он даже не понял почему.

Марина: Вы ему объяснили?

Катя: Зачем? Должен сам понимать. А сейчас у меня второй брак, и я боюсь, что он тоже распадается. Может быть, мне снова придется уйти.

Марина: Ваш второй муж тоже плохо читает ваши мысли?

Катя: При чем здесь чтение мыслей? Он же видит, что надо что-то сделать, и не делает.

Марина: А откуда известно, что он это видит?

Катя: Ну как это?

Марина: Вот мы с вами сидим рядом. Я вижу, как меняется выражение вашего лица в зависимости от того, о чем вы рассказываете: оно то беспомощное, то озорное. А вы об этом не догадываетесь. Но зато видите мое лицо и знаете о нем значительно больше, чем я. Нам нужны слова, чтобы рассказать друг другу о том, что без подсказки незаметно.

Катя: Неужели он правда не замечает? Например, я прихожу домой, смотрю – мусорное ведро пора вынести. А он вместо этого с Олей рисует. Так он мусора, что ли, не заметил?

Марина: Может быть, в сторону ведра не взглянул. А может, решил, что оно недостаточно полное. Или подумал, что ведро подождет, а Оля – нет. Или захотел взять на себя более хлопотную часть обязанностей и занялся ребенком, а на вашу долю оставил самое легкое: подумаешь, выкинуть мусор – одна минута, и свободен. А зачем гадать, когда можно спросить?

Катя: Ну, что я буду прямо так, словами спрашивать? Получится, что упрекаю, требую. Это неженственно. Сила женщины – в ее слабости.

Марина: И вы проявляете эту силу с помощью приподнятых бровей и полуоткрытого рта? Вам не кажется, что постоянная гримаса бессильного невысказанного упрека – это злоупотребление властью?

Катя: Но прямо требовать нельзя. А вдруг он не послушает? Это же унижение! Лучше молча уйти.

Марина: А когда вас дочь не слушается, «веревки из вас вьет», вы тоже молча уходите?

Катя: Хм, на нее я и крикнуть могу, и наподдать. Она это знает, поэтому если я сержусь на нее, то продолжения не ждет.

Марина: А когда сердитесь на мужа, он, выходит, не знает, какое может быть продолжение?

Катя: Вы думаете, он не ожидает, что могу его оставить, когда не выдержу?

Марина: Не знаю. Хорошо бы его спросить.

Катя: Но ведь это будет расценено как угроза, а я не хочу быть агрессивной.

Марина: Ну конечно. Предупредительный выстрел – это слишком агрессивно, поэтому лучше сразу палить на поражение. А на работе вы решаете проблемы таким же образом? Молчите с жертвенным выражением лица, а потом увольняетесь?

Катя: Нет, что вы! Вот на работе-то проблем не возникает. Я работаю в лаборатории, целый день одна – ни начальников, ни подчиненных. Мне приносят материал, я делаю анализ. Точно и вовремя – я аккуратная, дисциплинированная и никогда не опаздываю. Но вы спросили, счастлива ли я, и получается, что Оля и муж создают проблемы, но дают ощущение счастья. А работа хоть и хорошая, но счастья от нее я не ощущаю.

Марина: Катя, а ваше тело? Раз вы пришли сюда, оно, наверное, создает для вас проблемы, но и является источником счастья? Почему вы даже не упомянули о нем ни разу?

Катя: А зачем? И так все видно.

Марина: Вы снова хотите обойтись без слов?

Катя: Да какие слова здесь нужны? Вы только посмотрите: ужас! В 33 года при росте 160 см вешу 90 кг!

Марина: И что?

Катя: Это очень много.

Марина: Я знаю счастливых женщин, вес которых не укладывается ни в какие нормативы, но совсем их не огорчает. Поэтому расскажите, что не нравится вам. Самой мне не догадаться.

Катя: Даже смешно объяснять. Мне не нравится быть толстой, у меня живот выпирает так, что место в метро уступают. Тяжело ходить, ноги болят, одышка. Разве этого мало?

Марина: А какой вы хотите быть?

Катя: Стройной, с легкой походкой, уверенной в себе, элегантной.

Марина: У вас лицо снова стало уверенное, сияющее, даже немного высокомерное.

Катя: Если бы я похудела, я бы такое лицо носила днем и ночью, не снимая!

Марина: Вы уже делали попытки худеть?

Катя: Да. Нет. Не знаю.

Марина: Катя!..

Катя: Да. Я стала читать «ХП», о «модели тарелки» все знаю, о том, что нельзя голодать, нельзя запрещать себе любимые продукты.

Марина: То есть провели серьезную теоретическую подготовку. А какие-нибудь практические действия предпринять пробовали?

Катя: Каждый день собираюсь, а потом смотрю на себя в зеркало и руки опускаются.

Марина: По-моему, вы с собой тоже общаетесь с помощью жалобной гримасы. Показываете себе собственное отражение, а оно вам говорит: «Ну посмотри ты на себя, какая ты слабенькая, нерешительная, неуверенная! Куда уж такой, как ты, кардинально изменить собственное тело!» Поэтому вам, прежде чем переходить к действиям, необходимо вообразить себе, как вы будете все это делать. И вы поступаете правильно, что не торопясь настраиваетесь на новый образ жизни.

Катя: А я боялась, что скажете: что же мешает вам начать?

Марина: Ну что вы! Люди делятся на теоретиков и практиков. Теоретикам надо сначала представить себе всю картину предстоящей работы целиком, а потом начинать воплощать ее в жизнь. А практики, наоборот, предпочитают делать маленькие конкретные шаги, не заглядывая далеко вперед. Например, когда теоретик хочет выучить иностранный язык, он сначала полностью разбирается с грамматикой, а потом сразу начинает переводить. А практик заучивает отдельные выражения, делает упражнения и не задается вопросом, много ли он еще не знает. К успеху приходят и тот и другой, хотя идут разными путями. Давайте считать нашу с вами встречу завершением теоретического курса. Сейчас у нас будто экзамен, и если вы его сдадите, то будете допущены к практике. Итак, вопрос: пожалуйста, опишите в подробностях те первые практические шаги, которые сделаете после завершения теоретического курса.

Катя: Да, это, пожалуй, здорово! Значит, так. Составлю список «правильных» продуктов. Потом поупражняюсь – не столько в том, как готовить, сколько в том, как все это есть. Проанализирую, что нравится мне, что – не только мне, но и всей семье, а что у нас не пошло. Куплю блендер и кухонные весы. С помощью блендера можно быстро готовить всякие необычные овощные блюда – мне кажется, это понравится и мне, и дочке, и мужу. А весы – с ними я смогу контролировать, сколько калорий «стоит» то, что собираюсь съесть. Дальше рассказывать?

Марина: Достаточно. Четверка. С минусом.

Катя: Как? Почему с минусом?

Марина: Вы упустили очень важный шаг. Прежде чем идти за продуктами и блендером, отправляйтесь за губной помадой и тенями в большой магазин косметики. Посоветуйтесь с консультантами, попросите, чтобы вам показали, как подкрашиваться выразительно, но не вульгарно. Потом к хорошему парикмахеру, с которым надо обсудить варианты немного агрессивной прически, чтобы существенно изменить облик. Потом, уже в новом виде, – к зеркалу. Если вы все сделали правильно, оттуда на вас сверкнет глазами та девушка, которая несколько раз выглядывала из-под бледной и робкой маски во время сегодняшнего разговора. И если вы вдруг вспомните, что настоящая женщина должна быть слабой, бровки домиком, губки скобочкой, то красавица из зеркала расхохочется вам в лицо. Хотите исправить оценку?

Катя: Да, очень. Задайте дополнительный вопрос.

Марина: Хорошо. Тогда ответьте: вы слабая или сильная?

Катя: Сильная! Еще какая сильная!

Через две недели мы позвонили читательнице и спросили, как изменилась ее жизнь после встречи с психологом, и вот что услышали: От консультации я получила больше, чем ожидала. Я не знала даже, с чем иду и чем мне могут помочь, а поняла, откуда берутся мои страхи (из детства, это осталось за рамками журнального текста. – Прим. ред.), откуда набирается вес. У меня появился алгоритм, как решать свои проблемы. Я выполняю домашние задания, которые дала Марина, вклиниваюсь в игры дочки, и она это заметила – то, что я стала больше с ней играть. Еще не успела «дойти» до парикмахера, но сразу же купила краску и покрасила свои светлые от природы брови и ресницы, и мне это понравилось. Еще записалась на лечебную физкультуру и хожу пешком на работу и обратно, а это 40 минут в один конец.

«Худеем правильно», № 5, 2011 г.

www.hudeem-pravilno.ru