Улыбка сытой кошки

Почему попытки постройнеть ни к чему не приводят? Возможно, не хватает знаний, возможно – мотива. А может быть, полнота вам просто зачем-то нужна. В детстве каждому из нас говорили: «Не пялься на тетеньку. Это неприлично». Психотерапия – неприличное занятие.

Я смотрела на Алену во все глаза и дума­ла: «Не очень полная, только живот слишком выпирает. Он ей нравится, иначе не надела бы короткую оранжевую маечку, из-под которой то и дело выглядывает полоска кожи.Лицо вы­ражает неуверенность и доверчивость. Я исполь­зовала два родственных слова с корнем «вера», значит, она, кажется, готова поверить тому, что ей скажу. Это не годится – мало ли что ляпну».

Тем временем Алена застенчиво призналась, что никогда в жизни не была на приеме у психолога и сей­час не знает, с чего начать. Я ответила маленькой лекцией о психологии и заключила: «Я не умнее и не догад­ливее.Просто если ваш опыт охваты­вает ситуации, возникавшие у вас, ваших близких и знакомых, то мой включает истории гораздо большего числа людей. И кроме того, в отличие от ваших подруг, я не скажу: «Это еще ничего... Вот у меня...» И тут Алена улыбнулась как сытая кошка. Она услышала то, что ей и хотелось заставить меня сказать. «Знаю, – все так же застенчиво про­мямлила она, – я сама тоже психолог». Теперь сытой кошкой была я: человек раскрылся.

И я смущенно засмеялась в ответ: «Ну, что же вы меня не остановили?» Довольная Алена принимает аплодис­менты со скромной гордостью и начи­нает рассказывать...

РАСТИ, ЖИВОТИК

Она психолог, работает с группами для беремен­ных, которые часто принимают ее «за свою», дума­ют, что тоже ждет ребенка – вон какой животик. Поправилась незаметно для себя. До сих пор по­купает одежду на пару размеров меньше и потом пугается, что не влезает в привычный 46-й. По­пытки постройнеть ни к чему не привели. Более того, на групповых занятиях по похудению она оказалась единственной, кто потолстел, – видимо, ухитрилась накачать мышцы, не сбросив ни грам­ма жира.

Я внимательно слушаю и соображаю про себя: ка­кая же реплика снова превратит ее в сытую кош­ку? Наверное, надо с умным видом начать давать советы. Поскольку в деле похудения ничего осо­бенно нового и необычного выдумать нельзя, то я опять окажусь в роли всезнайки, важно говоря­щей банальности. Мы помурлыкаем, расстанемся довольные друг другом, и уйдет она от меня удо­влетворенная, но с нерешенной и даже неопознан­ной проблемой и будет отращивать свой животик с нынешнего 50-го до 54-го. «Алена, – говорю ей, – я уверена, что вы, профес­сионал, не совершали безумств с монодиетами, не питались раздельно, не худели по группам крови. Но вот почему обычная, спокойная нормализа­ция питания вам тоже не помогла, я не понимаю. «Модель тарелки», разумное ограничение жиров и простых углеводов, много овощей, дробное пи­тание – это же из области животноводства, а не психологии. Действует без разбора и на поросят, и на лабораторных крыс, и на ученых девушек».

СОВЕТОВ НЕТ

Вот как я хитро поступила. А если бы оформила сказанное в виде совета ис­пытать «модель тарелки», она бы смогла ответить, что уже пробовала, но только потолстела. Я бы удивилась – и все, конец сюжета под названием «Я не то, чем кажусь». Это излюбленный прием многих людей, сама в нем знаю толк. Вот только вчера в бассейне, когда бол­талась у лесенки, разрабатывая давнюю травму, один красавец предложил поу­чить меня плавать кролем. Я старатель­но повторила за ним движения и рва­нула вперед. Догнать он, естественно, не смог – у меня разряд по плаванию. Дождалась его у бортика и, когда он доплюхал, восторженно поблагодарила. Сюжет «Я не то, чем кажусь» заканчива­ется посрамлением советчика, который убеждается в своей некомпетентности, и нежнейшими благодарностями об­лагодетельствованного советом. Я же, не дожидаясь Алениной реплики, сама признала ее компетентность, сама уди­вилась, и защитный сюжет рухнул.

И тут она сообщила, что питается беза­лаберно – ест то, что найдет в холодиль­нике. А поскольку живет одна, то часто ничего не находит. И тогда в ход идет лаваш с маслом в качестве единствен­ной трапезы в сутки – ночного ужина.

ФОКУС–ПОКУС

–  Алена, – говорю ей, – поставьте экспе­римент. Попробуйте организовать себе нормальное питание. Сами решите, как сделать, чтобы в холодильнике кроме мороженого лаваша было еще всякое – нежирное, вкусное, в нескольких вариантах. И еще при­думайте, как поесть в течение дня несколько раз.

Пока проговариваю это, вижу, как на ее лице снова начинает медленно созревать улыбка сытой кошки. И вот когда улыбка уже почти дозре­ла, заканчиваю:

– А если в силу каких-нибудь обстоя­тельств это не получится – спешка, много работы, просто забудете, да мало ли, – значит, круглый животик вам жизненно необходим и избав­ляться от него не надо.

– А эксперимент-то в чем? – Алена, похоже, даже рассердилась немного.

– Как в чем? Вы установите, хотите быть стройной или нет. Если хоти­те, то не забудете купить продукты и приготовить себе завтрак, обед, ужин и пару перекусов. А забудете – значит, не хотите. Вот и все.

– А если приготовлю, но есть это не захочу?

– Тогда откроете холодильник и най­дете пару запасных вариантов.

– А если их там не окажется? Ну да, – вдруг запинается она, – если их там нет, значит, я сама не позаботилась. Послушайте, а как вам удался ваш фокус? Ничего нового не говорили, но теперь мне хочется разобраться и с питанием, и с животиком.

И я рассказала Алене про улыбку сытой кошки.

Спустя месяц мы спросили у читательницы, как изменилась ее жизнь после консультации, и вот что услышали:

Я провела «эксперимент» и поняла, что надо продолжить работу с психологом. Что-то во мне, какое-то внутреннее сопротивление, не дает совершать простые действия – вести, например, пищевой дневник. Хватило меня ровно на неделю, а потом – раз забыла, два забыла. И вот теперь пора бы уже заново начинать его вести, а я все откладываю и откладываю. Закончится период отпусков, и пойду к психологу.

 

Фокус с разоблачением

В обновленном журнале все по–новому, в том числе и психологические консультации. Посто­янные и внимательные наши читательницы заметят, что на этот раз Марина Новикова-Грунд чуть приот­крыла для нас профессиональные кулисы и показала, как работает:

– Консультации в «ХП» раньше описыва­лись в протокольно–драматическом стиле: «она сказала – я ска­зала – желаю успеха». Такая запись имела свою целевую аудиторию. Во-первых, ее с интере­сом изучали коллеги–психологи и потом говорили: «Как ты к кон­трпереносу приходишь, мне понравилось, но как можно было за слова о мамочке не ухватиться?» Во–вторых, подруги-читательницы легко узнавали в протокольном пунктире историю, по­хожую на их собственную или на историю их близ­ких и друзей, или про­сто трепетную. И слали письма примерно такого содержания: «Ваша Оля напомнила мне мою под­ругу Машу, я ей сказала то, что вы говорили Оле, но она только смеется. Что сделать, чтобы она меня послушалась?» А я отвечала первым, что, мол, ребята, как вы не по­нимаете, это же не насто­ящий протокол консуль­тации, а такой вот полу­художественный рассказ. А вторым объясняла, что ни один человек не похож ни на одного другого, это только так кажется, что кто–то на кого–то похож, а советы давать вообще бессмысленно, особенно если о них не просят. И все это повторялось с такой регулярностью, что я поняла: надо что–то менять, чтобы не увели­чивать количество иллю­зий в мире. И подумала: а что, если мне показывать «фокусы» одновременно с их «разоблачением»?

 

«Худеем правильно», №9, 2011 г.

www.hudeem-pravilno.ru