Строители одиночества

Казалось бы, что еще стоит за словами «я хочу похудеть»? Иногда – намерение избежать этого. Вот истории женщин, выстроивших себе персональную тюрьму из лишних килограммов. 

 НЕ СМЕЙ БЫТЬ СЧАСТЛИВОЙ

Александра обратилась за помощью после празднования дня рождения на работе. Сослуживцы наговорили имениннице теплых слов, спели смешные куплеты, а начальник, выйдя вслед за ней на улицу, вдруг стал, стесняясь, расспрашивать, есть ли у нее молодой человек. «Нет, – сказала Александра, – а что?» Тут он смутился окончательно, стал нести что-то о том, что когда в декрет собирается худенькая девушка, то сразу понятно, а когда такая пышная красавица, как Саша, то никогда не угадаешь, а ему надо заранее знать, потому что производство без Саши рухнет в яму... Запутался в словах, поцеловал ей руку и убежал.

– Вы представляете, я такая огромная, что меня уже от беременной не отличить. А откуда мне оказаться в положении? У меня никого нет и не предвидится. Живу как монахиня. Утром на работу, вечером домой, и сил едва хватает, чтобы поужинать и смыть на ночь косметику. Я толстая, замученная, неухоженная тетка неопределенного возраста, может быть, даже беременная, кто станет со мной знакомиться? И где? Мне надо измениться, чтобы на меня стали внимание обращать, а похудеть никак не получается.

– Саша, как изменится ваша жизнь, когда вы похудеете?

– Ну, я не буду уставать на работе, мне же не нужно будет лишний вес таскать. На меня там несколько человек поглядывают, и я с каждым встречусь, схожу в кафе, в кино, в общем, устрою кастинг. Да, и начальник. Он так краснел, когда со мной говорил. Он не женат, и парень очень порядочный. Если бы я, при моем немаленьком росте, была 90-60-90, он бы меня заметил. И я бы по магазинам отправилась, накупила бы всяких брючек, юбочек. А в выходные ходила бы в спортзал, в музеи, на выставки...

– А если прямо сейчас, не дожидаясь вожделенных 90-60-90, кастинг провести, и в спортзал сходить, и в музей?

Саша смеется. Сейчас ей никак нельзя. Она живет как афроамериканец в Америке времен апартеида. Повсюду (в кафе, бассейне, магазине) висят таблички: «Только для белых» (то есть для худых). В этом расистском мире Саша – единственный «темнокожий». Но и главный куклуксклановец тоже она, таблички – ее рук дело. Снять их труднее, чем похудеть.

Лишний вес, как и ограничительное поведение («дома сиди, никуда не ходи»), как и вечная усталость, как и слепота в отношении тех знаков внимания, в которых, как видно из Сашиного рассказа, у нее нет недостатка, – эффективные инструменты для достижения одиночества. Если один из инструментов испортить – взять, например, и похудеть, то останутся другие...

Почему Саша не может, а на самом деле не хочет вырваться из своей тюрьмы? Она боится наказания за побег. Когда-то давно она получила секретную инструкцию: не смей быть счастливой, а не то с тобой приключится нечто ужасное (как это произошло с мамой, или бабушкой, или бог весть с кем). Обнаружить, осмыслить и обезвредить «тайную страшилку» поможет психолог, но можно сделать это и самостоятельно, если, конечно, помимо прочего в секретной инструкции не содержится еще и запрет «не смей размышлять, а не то...».

ИГРАЙ В КУКЛЫ

Аля – яркая блондинка с чудесной улыбкой и немного хулиганскими манерами, 85 кг доброты и обаяния на 157 см роста. Телефон у нее звонит не умолкая, еженедельник заполнен на год вперед. Она нужна всем и сразу. За первый час нашей встречи она почти ничего не успела рассказать о себе, зато я узнала о проблемах ее подруги, о блестящей статье ее аспиранта, о том, как можно пристроить котенка в хорошие руки и о переписке Кафки с отцом. Все, что мне удавалось сказать, ее восхищало и немедленно записывалось. Мне было лестно, я с увлечением слушала ее истории. Прерывать не хотелось. Но пришлось.

– Аля, почему вам хочется, чтобы я чувствовала себя немыслимо мудрой, зачем вам надо рассказывать с таким блеском и артистизмом бесконечные истории, отчего вы уводите разговор в сторону каждый раз, как мы начинаем говорить о вас?

Эти вопросы Аля не стала с восторгом записывать. Мы долго говорили. Она честно анализировала свои способы общения, часть из которых я испытала на себе. Картина получилась такая.

Познакомившись с человеком, Аля начинала испытывать к нему симпатию, и на нее накатывал страх быть отвергнутой или, того хуже, непонятой. Чтобы не поранить душу, она брала дело в свои руки. Прежде всего «давала взятку». Одному писала введение к научной работе, другому помогала пристроить котенка, мной вот восхитилась как психотерапевтом. Но «взятками» дело не ограничивалось. Ей было мало добиться симпатии и внимания, она хотела быть понятой. А вдруг только что «подкупленный» человек окажется тупым, неинтересным, сморозит чудовищную глупость? Это может ранить не меньше, чем пренебрежение. И Аля «озвучивала» других, говорила за них и вместо них, как маленькая девочка говорит за своих кукол. Так она устроила вокруг себя идеальный мир, в котором все ее любили, все оказывались душевно тонкими людьми и все имели один недостаток: были куклами, которые не могли действовать сами.

– Живой девочке нужны друзья, а не только куклы, позвольте «ожить» окружающим вас людям, – предложила я.

– Живой девочке страшно среди оживших кукол, – ответила Аля. – Но подумаю об этом. Кстати, я уводила разговор в сторону, когда речь шла о моей полноте, так как боялась, что у вас не получится мне помочь.

Сейчас Аля весит 60 кг. Похоже, нам с ней удалось ей помочь.

ЗАТАИСЬ В ЗАСАДЕ

Ира упорно работает над своей фигурой – набирает лишний вес. После того как ее бросил муж, каждый год приносит несколько новых килограммов. Лет прошло уже немало, и результаты впечатляют. В ответ на мои расспросы она вскипает:

– Вы должны сделать, чтобы я похудела, а не расспрашивать меня о том, что к делу не относится. Я не буду тут унижаться и упрашивать – выполняйте свою работу! Мужу тоже хотелось влезть мне в душу. А когда я дала понять, что не стану вести на радость ему бессмысленные разговоры о чувствах, он взял и сбежал. От меня все сбегают – и подруги, и поклонники. Из-за моей полноты они все мной пренебрегают.

Нет, полнота не причина, а следствие ее одиночества: раскрываться эмоционально, быть спонтанной и непосредственной – все это слишком опасно, ведь люди захотят дурацкой болтовни, попытаются унизить, стянув на землю с пьедестала, а потом обидятся и утратят к ней интерес. То ли дело пирожные и колбаса! Они не унизят и не покинут.

Что общего у наших героинь? Все трое хотят быть любимыми, но в любви таится потенциальная опасность, а рисковать им уже не хочется.

Что отличает их от множества женщин, которым лишний вес не мешает быть счастливыми? Ранимость и ненаблюдательность. Они готовы на любые лишения, лишь бы избежать душевной боли, и этот страх застилает взор, заставляет их видеть и в других людях, и в себе самих только угрозу. Они боятся быть свободными даже в собственных мечтах и желаниях, потому что теми трудно управлять.

Хорошая психотерапия или успешный самоанализ помогут обрести внутреннюю свободу. Свобода – лучшее средство для похудения.

 

«Худеем правильно», № 9, 2010 г.

www.hudeem-pravilno.ru